Фольклорные традиции, деревенская притча и… полёт души!
Драматург Ирина Кумова о пьесах-победителях международного конкурса «Детство. Отрочество. Юность» Национальной Ассоциации Драматургов и общественного движения «Русская мечта», проведённого при поддержке Президентского фонда культурных инициатив.
Пьеса «Сказ про царство Митрофана, да про подвиги Ивана», Надежда Самородина (Новосибирск)
Пьеса выбрана Драматическим театром Черноморского флота РФ им. Б. Лавренёва (Севастополь).
История погружает нас в мир замысловатой русской сказки, где авторский взгляд удачно сочетается с фольклорной традицией. С одной стороны, в произведении сохранён традиционный сюжет и ключевые мотивы в поступках главного героя, вынужденного совершать подвиги, чтобы победило добро. С другой стороны, автор добавляет актуальные темы, узнаваемые детали. Например, бездушное и коммерчески активное Зеркало – волшебный предмет, который видит отличные бизнес-перспективы в том, если Митрофаново царство останется замороженным, то есть завоёванным.
Драматург в духе народных традиций и фольклорных метафор увлекательно обозначает основной конфликт противостояния родного и чужеродного. Волшебные чары Заморья, Снежного королевства, злодея Клауса, который забыл, что он когда-то был Санта-Клаусом, противостоят Митрофанову царству, куда Кеша-царевич возвращается из Заморья после учёбы эдаким особенным, «цивилизованным». Кеша сетует, что дома его теперь «никто не понимает», да ещё и встречают хлебом-солью, что совершенно не по правилам здорового питания.
Царь: Кешка, это тебя в Заморье врать народу научили?
Кеша: А что? Там короли все так делают.
Царь: Вот и пусть они так делают. А я не позволю тебе народ обманывать. Ты, что же думаешь, сегодня ты Ваньку обманешь, завтра – меня, и чего доброго, мамку родную, а послезавтра Родину обманешь? Предашь? Что молчишь?
Кеша: Никто меня не понимает…
Царевич Кеша – удачный собирательный образ нынешнего мажора, очарованного Заморьем и по недомыслию навлекающего беду на родную сторонку. По желанию Кеши заполучить в жёны отмороженную Снежную королеву злодею Клаусу удаётся подчинить себе Митрофаново царство.
И только Иван с Жар-птицей и вездесущей Бабой-Ягой спасают свой добрый мир. Впрочем, им удаётся и Снежную королеву расколдовать, ибо она оказывается добрым персонажем, только заколдованным. Кеша-царевич избавляется вместе с ней от заморских иллюзий и даже переходит на «шершавый язык плаката» в перепалке с Клаусом, который норовит в очередной сделке обмануть Царя-батюшку:
«Замолчи, сволочь заморская. Не бывать тому, чтобы ты хозяйничал на землях наших, управлял душами нашими!»
Конечно, я солидарна с данным высказыванием Царевича Кеши, но такой язык звучит, на мой взгляд, неестественно для сказочных персонажей.
Также, на мой взгляд, не хватило глубины в раскрытии внутреннего конфликта Кеши-царевича. Почему он вдруг так легко исправляется к финалу без того, чтобы пройти свою трансформацию? Ведь мы хотим Кеше верить, он не безнадёжен! Только он должен что-то сделать, а не декларировать лозунги.
Интересен образ Бабы Яги, который подаётся как неоднозначный персонаж с собственной мотивацией, но мотивация не совсем понятна. Почему Баба-Яга берётся помогать Ивану? В сказочной традиции Баба Яга действительно бывает благосклонной к главному герою, но только после того, как главный герой аргументировано доказывает свою правоту.
Смутила меня и нежная линия взаимоотношений Кощея и Василисы. Всё-таки, народная мудрость, которая состоит в отрицании взаимодействия сказочных красавиц с богатыми Кощеями, должна быть непреложна.
Несмотря на нынешнюю тенденцию смещать акценты добра и зла при создании новых сказок, я считаю это недостатком, который дезориентирует юного зрителя. Вот и в данной пьесе отрицательные сказочные архетипы «работают» безусловными положительными персонажами и заслуживают особую благодарность от героев сказки в финале.
Да, конечно, интересно, когда в трактовке автора фольклорные злыдни раскрываются неожиданной стороной, иной раз и положительной. Но при этом они должны оставаться опасными персонажами, что необходимо для воздействия на подсознание ребёнка, через сказку усваивающего формулу успеха: в мире существует зло, но его можно победить и даже подчинить своей воле, если ты силён и умён.
Так что, на мой взгляд, патриотичный Кощей в финале и тающая от благодарностей Баба Яга – это перебор! Хотя задумка вполне понятна: «Наши-хорошие, даже Бабки – Ёжки и Кощеюшки», но я не разделяю этого тезиса. Однако искренне аплодирую автору пьесы.
Пьеса «Полёт», Сергей Эскендеров (Ижевск)
Пьеса выбрана Драматическим театром Тихоокеанского флота (Владивосток).
Это сказка другого жанра, без идеологических наслоений, но с удачной метафорой про полёт души. Сказочная основа народных лесных сказок в данном случае обогащается неожиданными приёмами, забавными поворотами сюжета, необычными персонажами.
Читателю и зрителю интересно и увлекательно следить за судьбой смешного жирного птенчика непонятной породы, попавшего Лисе в лапы. В духе народной сказки в отправном действии сходятся интересы лесных хищников Лисы, Волка и командира – Медведя: им нужно вырастить непонятного птенчика, чтобы полакомиться.
Но поскольку Лисе приходится о птенчике много заботиться в процессе выхаживания и выращивания: тренировать, кормить исключительно рыбкой, злодейка Лиса меняется и становится доброй, заботливой. Это самое интересное в пьесе: Пингвинёнок изменил Лису!
Лиса принимает участие в проблемах Пингвинёнка и вместе с ним отправляется к психологу Филину, который должен помочь разобраться в проблеме: почему птенец не может взлететь?Сцена с психологом Филином, внушающим пациентам-мышкам, что они ёжики, меня просто восхитила!
Забавны и разнообразны герои пьесы: философствующий Медведь, гуру Филин, заполошная Кукушка, хлопотунья Лиса, отвратительная Выдра, что держит экзотических птиц в клетке – каждый раскрывается через понятную мотивацию.
Возникает наглядная модель нашего мира, в котором надо дружить и помогать друг другу взлетать! Да, у Пингвинёнка была такая мечта – летать, ведь все птицы в лесу летают, только он оказался нелетающим, и даже не знал, что он пингвин… В этом заключается главное драматическое напряжение: птица – неприспособленная к жизни в лесу, запланированная на съедение хищниками, – что же с ней будет?
По сюжету в клетке у Выдры находятся такие же «страдальцы»: Павлин и Страус. И лесные хищники, проникшиеся судьбой странных птиц, вступают в бой с охранниками-псами, становятся освободителями птиц, которым надо летать. Но как можно лететь нелетающим?
Автор замечательно просто решает эту проблему: помощь приходит с небес! На берлогу медведя спускается корзина воздушного шара с влюблённой парочкой, которая исчезает в лесу. Летающий воздушный шар освобождается, и странные птицы вместе с подросшим Пингвинёнком отправляются на нём к Южному полюсу…
Полёт Пингвинёнка состоялся! Но при этом и у лесных жителей, которые принимали участие в спасении птиц, состоялся полёт души! Автор в забавной форме поднимает в произведении важную тему взаимопомощи и соучастия в судьбе другого, тему взросления души.
Пьеса динамична, заряжена яркими конфликтами, за развязкой которых интересно следить. А какой простор для режиссёрских решений и фантазий художника-постановщика! Сказочник – большой молодец!
Пьеса «Саныч», Виталий Наумов (Новосибирск)
Пьеса выбрана Драматическим театром Северного Флота (Мурманск).
Деревенская драма адресована как юношеству, так и взрослым. В пьесе поставлена тема выбора взрослого человека, тема ответственности.
Главный герой в пьесе – бывший учитель и краевед, мужчина по возрасту за 50 лет. Его жена ждёт новое назначение с перспективой перебраться вместе с мужем в город. Чем живёт главный герой? Может быть, Саныч из шукшинских чудиков? Но нет, он слишком правильный и, да простит меня автор, слишком не интересный.
Действие происходит в вымирающей деревне, куда иногда наведываются туристы и где Саныч организовал музей света.
«Свет – одного корня с просвещением. Это то, чем наш музей и должен заниматься. Свет, ведь, он всем нужен, не только туристам…» Очень хорошая метафора.
Саныча поддерживают деревенские старшеклассники: влюблённая парочка Варя и Толик, есть и недоброжелатель – деревенский алкаш, которому якобы не доплатили за добытый новый экспонат: угольную лампу, потому он бросает в окно музея, одиноко стоящего на опушке, что-то, от чего начинается пожар.
Завязка интересная, даже захватывающая, ведь в музее коротали вечерок Толя и Варя. Школьникам удаётся выбраться из горящего дома, они выпрыгивают из окна, но затем Толик безрассудно бросается назад спасать экспонаты музея. Рушится крыша, Толик едва не погибает, его в бессознательном состоянии уносят люди, прибежавшие на помощь. Саныч переживает случившееся как личную драму, но это обозначено лишь тем, что главный герой хватается за сердце и на фоне обгорелой стены бывшего музея принимает решение остаться в вымирающей деревне.
Образ главного героя, как и все прочие, прописан довольно схематично, не наделён характером, потому не понятно: какой посыл несёт этот герой? Может быть: «где родился, там и пригодился»? Но в произведении не показано подтверждение данной пословицы.
В финале пьесы главный герой пьесы отрицательно качает головой в ответ на сообщение жены, что её утвердили в новой должности, и что пришло время перебираться им вместе в город. То есть он остаётся в деревне, где был нужен двум старшеклассникам, которые после школы уедут учиться дальше…
Да простит меня автор, ну не верится мне в эту ситуацию, и в образ Саныча, несмотря на его назидательные и правильные слова про родные корни, про ответственность за чужих детей и необходимость восстановления музея. Для этого мне не хватило сквозного конфликта и логично обозначенной цели главного героя, который заявлен как положительный персонаж.
Я очень понимаю, какая это сложная задача для автора создать положительного героя так, чтобы он «цеплял». Музей сгорел, Саныч останется его восстанавливать неизвестно для кого, а жена пусть едет в город одна. Почему? Непонятно, если Толик в больнице, школу дети закончили, туристов в этом сезоне не предвидится, так как единственный теплоход снят с речного маршрута. Я не увидела в решении героя правды, а в сюжете пьесы внятной драматургии, да простит меня автор снова за откровенность.
Думаю, что история про Саныча и его музей света могла бы получиться пронзительной и лиричной художественной повестью, если бы раскрылись отношения двух взрослых людей: с разными интересами, постепенно отдаляющихся друг от друга.
В любом случае, желаю автору успеха в дальнейшем и буду с интересом ждать новостей о премьерах спектаклей по пьесам.